9news (9news) wrote,
9news
9news

Category:

Двухпартийности просматривается на горизонте Украины. Украинские консерваторы и либералы

 Двухпартийности просматривается на горизонте Украины. Украинские консерваторы и либералы
(Рубрика «Точка зрения»)

Правду говоря, мне нравится то, что сейчас происходит в Украине. Большое видится на расстоянии. Иногда расстояние в шесть часовых поясов создает правильную перспективу, чтобы увидеть то, что незаметно в водовороте событий. Наконец в Украине вырисовываются два идеологических лагеря, которые впоследствии могут создать действенную политическую систему.

Конечно, Украина десятилетиями жила в парадигме политического маятника: Запад-Восток, Европа-Россия. Но будем искренними: за ширмой проевропейской и пророссийской риторики решался вопрос, кто доит украинскую корову, кто наживатиметься на ее советском наследстве и природных богатствах. Конечно, в зависимости от геополитических предпочтений способы доения отличались: кто-то выбивал из коровы молоко избивая ее ногами, кто – то подключал современный доильный аппарат ICU, но сущность от того не слишком менялась: украинскую корову кормил народ, а доили – избранные чиновники. Поэтому почти все партии, независимо от политической риторики, были прежде всего инструментами доступа к корове и «Свобода» могла кормиться с тех же рук (и работать на те же интересы), что и КПУ.





Сегодня, мне кажется, у нас появился шанс вырваться из этого заколдованного круга. Но перед тем, как перейти к украинских политических эмбрионов, позвольте небольшой экскурс в историю США. Соединенные Штаты образовались как однопартийная или скорее беспартийная страна. Джордж Вашингтон был столь общепризнанным «отцом нации», что первые и вторые президентские выборы он выиграл на безальтернативной основе. Но с его уходом с политической сцены страна начала розколюватись на два непримиримых лагеря, которые оформились во время президентства Джона Адамса – выпускника Гарварда, героя Американской революции, первого вицепрезидента в истории США, убежденного федералиста и сторонника сближения с Британской империей после завершения войны за независимость.

Оппоненты Адамса группировались вокруг другого видного деятеля Американской революции, ведущего автора Декларации Независимости плантатора Томаса Джефферсона. Республиканцам-демократам, как они себя называли, не нравилось англофільство, элитаризм и сильное федеральное правительство, пропагандировали федералисты. В общем они считали, что Конституция США в некотором роде предала идеалы Декларации Независимости. Хотя «не нравилось» явно не то выражение, которое может правильно описать споры между федералистами и республиканцами в последние годы 18-го века.

Казалось, что кипение страстей бросит молодую федерацию в пропасть гражданской войны. Оппоненты не слышали аргументов друг друга, легко прибегали к клевете и личных обид, обвиняли оппонентов в предательстве национальных интересов и подготовке государственного переворота. Даже обычно спокойный и мудрый Вашингтон 1798 года сетовал, что «легче сделать чернокожего белым, чем убедить демократов в их неправоте; они делают все возможное, чтобы свергнуть правительство этой страны».

Не удивительно, что победу Джефферсона на президентских выборах 1800 года американские историки иногда называют «революцией 1800». Федералістам, среди лидеров которых, кроме президента Адамса, был первый председатель Верховного суда США, и второй губернатор штата Нью-Йорк Джон Джей, первый министр финансов и отец национальной финансовой системы Александр Гамильтон, еще один председатель Верховного суда и «изобретатель» конституционного ревью, а на то время государственный секретарь в администрации Адамса Джон Маршалл и другие незаурядные личности, – всем им казалось, что республиканцы разрушат созданную федерацию и отнимут дело их жизни.

В период между объявлением результатов выборов и инаугурацией Джефферсона федералисты лихорадочно заполняли судебные должности как свой последний оплот во власти (так Джон Маршалл неожиданно для себя вынужден был переквалифицироваться из госсекретаря в председателя Верховного суда) и похоже жгли архивы: по крайней мере в январе 1801 года вдруг сгорело здание министерства финансов и несколько зданий, как это тогда называлось, «министерства войны».

Своего апогея вражда между республиканцами и федералистами достигло под конец первой каденции Джефферсона (кстати, весьма и весьма успешной), когда вице-президент США, республиканец Аарон Берр убил на дуэли лидера федералистов Александра Гамильтона. К счастью, это был единственный случай, когда экзистенциальная вражда республиканцев и федералистов переросла в стрельбу. Американская революция не пошла кровавыми стопами французской.





А теперь вернемся к украинским реалиям. Сегодня в противостоянии ЗЕ-власти и условной ветерансько-волонтерской сообщества просматривают (еще не четко, но уже проглядывают) два фундаментально отличных идеологии. Два различных понимания человеческой природы. Сразу оговорюсь, что когда я говорю о «ЗЕ-власть» и «ветерансько-волонтерскую сообщество», я конечно упрощаю, потому что и первая и вторая совсем неоднородны. Но когда мы говорим о определенное идеологическое средоточие, такое упрощение не просто допустимо, оно полезное.

Так вот, ветерансько-волонтерская сообщество – это классические консерваторы. Люди, которые верят в важность (иногда – в решающую роль) контекста, в котором человек рождается, вырастает и проживает свою жизнь. Отсюда такое внимание к языка, веры, культуры, исторической памяти. Традиция для консерваторов важнее свободы. Потому что человек в их понимании является частью сообщества. Она является не космополитическим искателем личного счастья – она является носителем традиции, определенного порядка, который существовал до н��й и который она имеет призвание поддерживать и развивать.

Зато либералы Зеленского верят в автономных рациональных индивидуумов, каждый из которых ищет собственной выгоды и счастья. Язык, вера и культура (или их отсутствие) – это лишь инструменты самореализации. Это люди рынка. И конечно они скучают и внутренне не понимают, почему российский рынок (который на порядок больше и зажиточнее украинский) табу. Для либерала нет абсолютных ценностей, есть только цены, выгодные или невыгодные гешефты. В этом плане Трамп – действительно «великий учитель» Зеленского.

Американские федералисты и республиканцы так и не договорились. Слишком разное у них было представление о человеческой природе, а значит и слишком разные политические приоритеты. Но у них хватило мудрости спорить до хрипоты и нецензурной брани на площадях и вечеринках, в газетах и памфлетах, но решать свои споры на избирательных участках, а не с оружием в руках. Им повезло: у них на то время была Конституция, которую уважали обе стороны и которая определяла правила «холодной идеологической войны». Когда страна окрепла и окончательно состоялась, она смогла позволить себе решать вопрос рабства на поле боя, а не в Конгрессе – и не умерла.

У нас таких правил, которые признают и уважают обе стороны, пока нет. Наш опыт доказывает, что народное восстание защищает права и свободы намного эффективнее Конституцию. К сожалению. Но к счастью, наконец-то в Украине вырисовываются две фундаментальные идеологии, две протополітичні силы, которые смогут когда – если хватит мудрости и любви к Украине – не только побороть друг друга, а начать договариваться о фундаментальные правила игры. Которые ничего не будут говорить о содержании, но устанавливать честную и справедливую процедуру его определения. Которые будут воспринимать как свои и украинские консерваторы, и украинские либералы.

Я действительно рад тому, что сейчас происходит в Украине. Потому что едва ли не впервые за всеми этими «Зелю геть!» и «нацики-фашисты!» я вижу очертания настоящей идеологии, основанной на фундаментально отличной антропологии, на кардинально разном понимании человеческой природы. Если нам, как когда-то американцам, хватит ума удержаться в рамках эмоциональной, порой нецензурной, с переходом на персоналии дискуссии, но без насилия и оружия, у нас есть шанс вскоре создать эффективный двопоршневий политический двигатель, который вывезет Украину из болота бесконечной имитации политики.

Когда у противоборствующих лагерей появляется свое кредо, а не только желание бесконечно доить украинскую корову, есть шанс, что впоследствии, навоювавшись, они таки встретятся за круглым столом, чтобы договориться о будущем Украины.

Геннадий Друзенко – волонтер, эксперт-международник
Tags: ВОЙНА, ГОД, ДЖОН, ДРУГ, КОРОВА, РЕВОЛЮЦИЯ, РЕСПУБЛИКАНЕЦ, СВОБОДА, СООБЩЕСТВО, СТРАНА, УКРАИНА, ЧЕЛОВЕК, ШАНС
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments