9news (9news) wrote,
9news
9news

Category:

«Благодаря вашей семье, я есть на свете»: как в Голодомор спасали чужих детей

 «Благодаря вашей семье, я есть на свете»: как в Голодомор спасали чужих детей


Оксане Лукьянец – 98 лет. На ее век выпало немало испытаний, самое страшное из которых – Голодомор. Искусственный голод унес ее маму и младшего брата. Саму ее от голодной смерти спасла семья Егора Кривенко из соседнего села. Впрочем, после Второй мировой связь с ними оборвалась. Все это время женщина не теряла надежды еще раз увидеться и поблагодарить семье. Впервые за почти 80 лет Оксана Лукьянец встретилась с дочкой своего спасителя.



Оксане Лукьянец – 98 лет, однако она до сих пор помнит ужасы Голодомора. Словно сейчас вижу: на лежанке сидят дети. Голодные, сухие такие – сами кости... Оксана Лукьянец

«Пошла к соседям, словно сейчас вижу: на лежанке сидят дети. Голодные, сухие такие – сами кости... Сколько они там сидели – умерли... Умереть с голода в молодых летах – самое страшное. Пусть оно не возвращается», – повторяет Оксана Павловна.

Она почти не ходит, однако до сих пор делает много домашней работы – с легкостью может начистить картошки или перебрать фасоль. Она не привыкла сидеть без дела – и это помогает ей жить, рассказывает дочь Екатерина Тюрина.

«Голодомор она пронесла через всю жизнь. Она вспоминает об этом довольно часто. Всегда сушила сухари, мне это было странно, потому что мы жили достаточно зажиточно. У нее это осталось на всю жизнь», – добавляет дочь.

Ее отец – Павел Андреевич Остапенко – был крестьянином-середняком. Имел немало земли и умел ее обрабатывать. Из хозяйства – коровы, козы, овцы. Семья жила в селе Козлов, что на Киевщине. А за что кулак? За то, что косил и молотил?! Он же не воровал! Оксана Лукьянец

«Считался кулаком. А за что кулак? За то, что косил и молотил?! Он же не воровал! А кулак! Такие годы были», – вздыхает женщина.

Мать – Агафья Степановна помогала мужчине по хозяйству и воспитывала пятерых детей. Но «счастливую» жизнь для семьи Остапенко длилось недолго.

Во время коллективизации у семьи забрали все имущество, выселили из дома, а отца отправили в ссылку в Архангельскую область на пять лет.

В 1932-м Оксане исполнилось одиннадцать лет. До пятого класса того года она так и не пошла.

«Урожай был! Только все забирали! А мы даже не противоречили, ибо не имели никаких прав. В мире нигде такого не было, только в Украине. Колхоз, кулак – забрать! Отца – в Россию. Солоху «нарядили», а нас, три кулацкие семьи, поселили в ее дом», – вспоминает женщина.

Сначала украинские крестьяне стали одинаково бедными, а потом – и вообще умирали с голода.

«Мама говорила, что дедушка из ссылки присылал домой продукты. То есть он там не только не голодал, потому что это было в России, но и мог что-то передать сюда», – рассказывает дочь Екатерина Тюрина.

Однако голод становился все невыносимее и мать Оксаны понимала: если старшие дети смогут отыскать себе пищу, то младших надо спасать. Женщина решила распределить их по семьям. Шестилетнего Ивана забрала тетя Анна. А 11-летнюю Оксану приютила семья Егора Кривенко из соседнего села.

«Мать не в силах нас прокормить. Я сочувствую ей... Раскулачили, из дома выгнали считай на улицу. Спасибо добрым людям, что взяли меня. Мать меня привела, а они говорят: «Оставайся у нас, мы купили корову, будешь пасти. А в деревню не ходи, потому что умрешь». Слава Богу, люди добрые мне попались, не оскорбляли меня. От голода спасли и одежду дали. Грех что-то говорить. Добрые люди попались! Егор Романович Кривенко был механиком в мельнице, жена – Марина, двое деток у них было – Вася и Галина. Они что сами ели, то и мне давали. Егор Романович в доме в сенях выкопал яму и спрятал зернечко, а тогда доставал понемногу, камень о камень, роздавлював – и так поддерживал жизнь. И так я осталась жива до таких лет», – рассказывает женщина.

В ее семье голод забрал младшего брата Павла и мать. О том, что она погибла девушке позже рассказали соседи. Оксана Павловна до сих пор не знает, где она похоронена. Говорит, последнюю их встречу запомнила на всю жизнь.

«Я пасла корову в поле, пришла мама, у нее была кружка и она попросила немного молока. Я смотрю на нее – и мать жалко, и себя жалко. Думаю, увидят, что мать доила корову... Мама глотнула немного молочка и пошла в село. Там и умерла. Когда мы пришли с братом Герасимом к дому, везде ее искали: на кровати нет, на полу – нет, полезли на печь – нет. Везде темно было. Так и не нашли. Тогда известно как хоронили – собирали и всех в одну яму скидывали. Потом ни могилы я не нашла – ничего. Тогда было не до захоронений. И я же еще была малолетка. Искала, что можно было в рот бросить», – рассказывает женщина.

Настоящим спасением для детей в селе Переяславское была железнодорожная станция – там всегда можно было найти несколько зернышек, вспоминает Оксана Павловна. Впрочем, чтобы выжить, чаще приходилось есть обычный сорняк.

«В рот бросали все, что могли. Зерно на станции грузили, несут, а там рассыплется зернечко, и мы то зернечко ели», – говорит женщина.

После Голодомора еще некоторое время Оксана Павловна жила в Кривенків. Говорит, воспитывали ее как собственную дочь и даже на свадьбу подарили кожуха.

«Мама устроилась на работу в Яготине. Ей было 17 лет. Там она познакомилась с моим отцом, вышла замуж. И так они прожили всю жизнь. Отец умер в 93 года. Он был на девять лет старше нее», – рассказывает Екатерина, младшая из трех дочерей в семье.

Впрочем, после Второй мировой связь с ними оборвалась. Все это время женщина не теряла надежды увидеться еще раз и поблагодарить своих спасителей. Радио Свобода решило найти потомков Егора Кривенко.

Впервые за 80 лет Оксана Павловна решилась побывать там, где пережила голод ��� селе Переяславском. Уже давно нет хижины Кривенків, на ее месте возвели новый дом, в котором живут другие жильцы. Однако до сих пор стоит паровая мельница. Правда, от здания остались только стены.

– Мельница уже разрушен, столько лет уже прошло. Смотрите на эту мельницу, мама, может, что-то вспомните. Вы здесь были в мельнице? – спрашивает Оксану Павловну дочь Екатерина.

– Приходила, «смєтки» собирала, – коротко отвечает женщина.

Тем временем в городе Переяслав ее уже ждала Вера Бабак – третья дочь Егора Романовича, которая родилась уже после великого голода. Сейчас ему – 82 года.

«Мой отец Егор Романович всю свою жизнь работал механиком в мельнице. Ремонтировал и заводил ту машину на нижнем этаже. Без него никто не мог ее настроить, только он. Приходят ночью, стучат в окно: Егор Романович, машина стала. Он встает в любую минуту дня и ночи и идет настраивать машину», – рассказывает госпожа Вера.

На вопрос Радио Свобода, говорит ли ей о чем-то имя «Оксана Лукьянец» – Вера Егоровна рассказала историю спасения во время голода. Говорит, никогда не видела Оксану Павловну лично, впрочем родители о ней много рассказывали. Мой отец взял ее в свою семью, чтобы она не погибла. Он не выдерживал этого страдания Вера Бабак

«Никогда не видела и не представляла какая она. Ни фотографии ничего у меня не было. Мой отец взял ее в свою семью, чтобы она не погибла. Он не выдерживал этого страдания. Мои родители Егор Романович и Марина Остаповна приняли ее к себе в дом, очень любили, жалели. Меня еще не было тогда. Но и старшая сестра Галя тоже рассказывала, что у нас жила Оксана, такая хорошая женщина была, так ее любили», – говорит женщина.

О том, что семья спасла жизнь Оксане, Егор Романович старался никому не рассказывать, чтобы избежать преследований. Голодомор – это была тема табу. Но никто в нашем доме не умер. Никто не умер! Это был искусственный голод. Это Сталин так сделал Вера Бабак

«Только в кругу семьи, потому что было страшно говорить. Узнают – сталинские репрессии: приедут ночью, заберут и уже никогда не вернешься. Так было. Голодомор – это была тема табу. Нельзя ничего говорить было. Но в голод никто в нашем доме не умер. Никто не умер! Это был искусственный голод. Это Сталин так сделал. Все у людей забрали, чтобы уничтожить Украину», – рассказывает Вера Егоровна и добавляет, отец прожил трудную и короткую жизнь.

Все это время женщины жили за 70 километров друг от друга, но это их первая встреча.

– Ну что? Это я – Вера. А вы Оксана?

– Оксана.

– Здравствуйте! – наконец обнимаются женщины.

– С какого вы года?

– 1937-го. Я госпожа Вера – дочь Егора Романовича, у которого вы проживали. Мне о вас говорила мама, отец говорил, старшая сестра Галя была у меня. Летом этого года умерла... Говорили, что была Оксана, мы ее так любили. Она у нас как ребенок была. И отец, и вся моя семья вас очень любили.

– Не могу вспомнить, чтобы кто меня обидел, – говорит Оксана Павловна.

– А вы – дочь?

– Благодаря вашей семье, я есть на свете. Ибо не было бы мамы – не было бы нас. Знаете, она каждый день вспоминает своих родителей. Она никого так не вспоминает, как ваших родителей, – добавляет дочь Оксаны Павловны Екатерина.

– Царство им небесное! Они вас очень любили и очень хорошими словами отзывались о вас.



Tags: ВЕРА, ВРЕМЯ, ГОД, ГОЛОД, ДОЧЬ, ЕГОР, ЕКАТЕРИНА, ЖЕНЩИНА, ЖИЗНЬ, МАМА, МАТЬ, ОКСАНА, ОТЕЦ, РЕБЕНОК, РОМАН, СЕМЬЯ, ЧЕЛОВЕК
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments