Category: лытдыбр

Category was added automatically. Read all entries about "лытдыбр".

Гаага • Днепр • Донбас • Донбасс • Насир

Пытки к заключенным в оккупированном Донецке. Рассказ Станислава Асеева

 Пытки к заключенным в оккупированном Донецке. Рассказ Станислава Асеева


Журналист и блогер Станислав Асеев пробыл в плену 31 месяц. Из них 28 месяцев его удерживали на территории артцентра «Изоляция» в Донецке, в котором российские гибридные силы обустроили неофициальную тюрьму-застенок.

Радио Свобода публикует фрагменты воспоминаний Станислава Асеева, которые станут частью его будущей книги. Стас начал описывать пережитое еще находясь в «Изоляции». Рукопись ему помог вынести другой пленный – танкист ВСУ.



Станислав Асеев Как выживали: личность в «Изоляции»

Особенности психологической жизни заключенных в «Изоляции» во многом определялись уровнем воздействия на них администрацией и другими заключенными, а также местом в здешней иерархии. Наблюдая за темы, к кому в «Изоляции» применялись наиболее жестокие формы физического и психологического насилия, можно было заметить, как их личность менялась буквально на глазах, целиком принимая ту форму, которую отводили ей обстоятельства.

Один из «опущенных»

Так, один из заключенных принадлежал к касте так называемых «опущенных» – людей, которых было запрещено даже бить руками (правило, часто здесь нарушаемое). Побои наносились ногами, стулом (однажды просто разлетелся в него), подручными предметами.

Этому человеку было запрещено подходит к столу, пользоваться общей посудой, давать что-либо вторым заключенным. При этом к наибольшей трансформации эго личности приводили именно психологические побои, которые он терпел каждый день. За ошибку он тут же получал новую порцию ударов ногами. В качестве наказания его могли загнать и под нары, заставил лаять, как пса

Так, в эго нар висело сделанное им импровизированное бумажное ружье и берет, которые он надевал всякий раз, когда исполнял песни для администрации и других заключенных. Помимо этого на само «ружье» было нанесено нечто вроде «серийного номера», состоящего более чем из 20 символов и матерных фраз, которые этот человек обязан был досконально знать и уметь повторят в любое время суток, когда бы ему ни приказали. За ошибку хотя бы в одном символе он тут же получал новую порцию ударов ногами. Впрочем, в качестве наказания его могли загнать и под нары, заставил лаять, как собаки. Всерьез называя себя «артистом», этот человек целиком сливался с ролью «сторожевого певца», переводя весь ужас происходящего в форму театральной игры, что, надо думать, и спасало его «я» от распада.

Удивительно, но общаясь с ним в подвале «Изоляции», когда – в редкие часы – он не должен был играть роль скомороха, я замечал, что он наиболее подавлен именно в такие минуты, когда его «я» совпадало с реальным положением дел. Но стоило завести разговор о его положении здесь и тех побоях и унижениях, которые он терпит, – как его взгляд становился «стеклянным», а сам он объяснял происходящее то божьей волей, то своей уголовной статьей, в принципе неохотно говоря на эти темы и повторяя «мне уже все равно».

Любые новости

Рационализация как защитный механизм активно применялась и темы из числа заключенных, у кого в «Изоляции» были пожизненные и расстрельные статьи. Я сидел с двумя такими людьми, и оба они надеялись то на активную фазу боев, то на освобождение ых Украиной, при этом принадлежа к так называемому «ополчению». Пройдя через пытки, одиночные камеры, унижения и находясь под пожизненным сроком, эти люди испытывали синдром «белых страниц»

Совершив явные преступления, ни один из них не соглашался со справедливостью своего заключения здесь, хотя и не отрицал самого преступления. Интересно, что психологическую стабильность ым обеспечивали любые новости, которые просачивались в нашу камеру и трактовались ими в свою пользу в духе «все скоро кончится» (вплоть до новостей о встрече японских и российских дипломатов). Именно этим объясняется тот факт, что их душевный настрой зачастую был куда выше, чем у тех, кто всерьез собирался на ближайший обмен, вероятность которого была большая.

С другой стороны, пройдя через пытки, одиночные камеры, унижения и находясь под пожизненным сроком, эти люди испытывали синдром «белых страниц» – когда заключенный не запоминает ничего из прочитанного и не способен повторит даже мысль предыдущего предложения, будучи целиком поглощенным проблемами извне. Так продолжалось ровно до тех пор, пока каждый из них не получал очередную порцию новостей, в очередной раз замещая реальность надеждой.

«Бегущий человек»

Еще одной формой психической гигиены в «Изоляции» было абсолютное безразличие к страданиям других заключенных, которому на каком-то этапе подвергся я сам. Применялось электричество, что можно было определить по характерному топоту ног. Этот прием называли «бегущий человек»

Так, однажды с моим сокамерником мы приготовили на обед овсяную кашу, – когда в соседней комнате стали кого-то пытать. И если ранее пытки проводились в подвале, в ходе чего изображение с видеокамеры выводилось на весь экран и звук делался на максимальную мощность, чтобы все мы могли слышать происходящее, то осенью 17-го в «Изоляции» отошли и от этой практики и стали пытать прямо здесь, на одном этаже вместе с нами.

В очередной раз применялось электричество, что можно было определить по характерному топоту ног. Здесь этот прием называли «бегущий человек»: к большим пальцам ног привязывались провода и пускался электрический ток, из-за чего человек начинал громко кричать и бить ногами о пол. И хотя мой сокамерник побледнел и не смог съесть даже ложки, сам я выждал всего 20 минут, после чего начал обед, аргументируя это тем, что пытки все равно не заканчиваются, а каша остывает и превращается в один холодный комок.

«Психологический сепаратизм»

В другой раз одного из нас не вернулись к отбою, что было явным признак пыток, которые к тому времени проводили уже в основном по ночам. Помню, мой сосед по нарам, «сидевший» всего около месяца, очень волновался о том человеке, все время повторяя «как там Сергей?». Не проходило и дня, чтобы в этих стенах кого-нибудь не пытали и по ночам не заводили полумертвое тело, в глубоких ожогах на руках и ногах

Каждый из нас понимал, что Сергей сейчас привязан скотчем к столу в подвале, и к его гениталиям, скорее всего, прикручены провода (что оказалось впоследствии правдой). Но все дело в том, что к тому времени я «сидел» в «Изоляции» уже полтора года, и нескончаемый поток подобных «Сергеев» не просто вымыл из меня последние песчинки сочувствия – он стал меня раздражать.

Не проходило и дня, чтобы в этих стенах кого-нибудь не пытали и по ночам не заводили полумертвое тело, в глубоких ожогах на руках и ногах. Так что, когда я снова услышал монолог о Сергее, то кратко ответил, что даже если сейчас откроют «кормушку» и бросят под стол его голову – я просто лягу на бок. Конечно, такой ответ выставил меня полным моральным уродом в глазах того человека, который все еще размышлял над вопросом, как вообще можно кого-то пытать. Но сам я больше не чувствовал вины ни перед ним, ни перед высшими силами, – как не чувствовал больше и связи с то фикцией, которой оказались эти 7 букв – «человек». К нам завели мужчину в джинсовых шортах, полностью мокрых в области члена. Вот пыток он обмочился, что происходило со многими, к кому привязывали на член провода

Такой «психологический сепаратизм» – как сам я называл подобное дистанцирование – проявлялся во вторых обитателей «Изоляции» и в истерическом смехе, когда речь заходила о разорванной проводами мошонке или сексуальном насилии. Там, где обычного рода реакцией на подобного рода рассказы стала бы ненависть, отвращение или страх, заключенных в «Изоляции» можно было встретить слезы от смеха или шутки.

Помню, как в июле к нам в подвал завели мужчину в джинсовых шортах, полностью мокрых в области члена. Вот пыток он обмочился, что происходило со многими, к кому привязывали на член провода. Один из нас тут же встретил его улыбкой и фразой «будем сушится?» – и это при том, что сам он прошел через то же, может быть, даже в еще более жесткой форме, чем тот. Понятие нормы лежало в прямой пропорции от происходящего, так как всерьез воспринимать ежедневные пытки и унижения без последствий для психики было нельзя.

Стокгольмский синдром

Обратной стороной подобного дистанцирования было сочувствие к тем из числа администрации, кто не применял к нам побоев и пыток, а «просто делал свое дело», как выражались некоторые из нас. Думаю, цепочка психологических связей здесь была следующей: человеческое отношение со стороны врага воспринималось с благодарностью, которая влекла чувство долга и вины за неоплаченный долг. Многие рассуждали так: выйдя из «Изоляции», нужно рассказать обо всем, что здесь было. Но этот «рассказ» ударит и по тем из охраны, кто пожелал нам доброго утра вместо привычных побоев и матов. Разделение на хороших и плохих врагов приводило одних к сочувствию к первым и еще большей ненависти ко вторым.

Стокгольмский синдром проявлялся тем больше, чем больше исчезал синдром «железной двери» – когда каждый стук в железные двери фактически означал новое избиение, из-за чего мышцы тел заключенных непроизвольно сжимались, стоило прежней администрации лишь дернуть дверной засов.
Гаага • Днепр • Донбас • Донбасс • Насир

Очень часто слышала формулировка именно «российско-украинская война» – Ирина Цилык о победе на амер

 Очень часто слышала формулировка именно «российско-украинская война» – Ирина Цилык о победе на американском фестивале «SUNDANCE»


«Эта семья любит кино» – это слова режиссера о героях своего фильма, который завоевывает все больше внимания в мире. «Земля голубая, как будто апельсин» – документальная лента Ирины Цилык о семье из Красногоровки получила награду за лучшую режиссуру на международном кинофестивале «SUNDANCE» в США. Фильм рассказывает о жизни Анны и ее семьи. Эта женщина в 2018 году поборола тяжелую болезнь – в том числе, с помощью вас, читателей Радио Свобода – а ее дети снимают кино. О том, как снимался фильм, как его восприняли за океаном, и как с другой стороны открылся Донбасс для режиссера, Ирина рассказала Радио Донбасс.Реалии.

– Неожиданно было увидеть, что главные герои фильма – это герои сюжетов Радио Донбасс.Реалии. Как вы с ними познакомились?

– Все началось с того, что меня проект «Желтый автобус» пригласил в гости на один из лагерей, куда я привозила свой фильм «Помин» и показывала его детям. Там я познакомилась с двумя сестрами, я их как-то для себя запомнила и отметила. Они сами подошли ко мне познакомиться, сказали, что слышали песню, которую я написала. И в одно мгновение влюбились в эту семью

Потом уже я должна была снимать фильм «Желтый автобус» в Авдеевке – как раз про этот проект и кінотабори во фронтовой зоне. Я поехала туда со своим оператором, чтобы посмотреть и познакомиться с детьми. Собственно, мы уже начали снимать про этих детей, но за несколько поездок стало ясно, что история не работает. И тут вдруг я снова пересекаюсь с Мирославой, которая приглашает нас к себе в гости, в Красногоровки. Мы поехали туда, познакомились со всей семьей – с мамой Анной, и в одно мгновение влюбились в эту семью, в эту особую атмосферу, в самую Красногоровку. Стало ясно, что мы будем снимать весь фильм именно о них, и что будем делать ставку не на групповой портрет, а на одну семью.

– Как проходил съемочный процесс, какие у вас были ощущения?

– Создание любого полнометражного фильма – это всегда такой долгий путь, такая себе Одиссея, состоящий из ошибок и их исправления. Были разные периоды. Во-первых, я не опытный режиссер, это мой дебют в документальном кино. Приходилось на ощупь разбираться с тем, как все это работает.

Конечно, были периоды, когда казалось, что мы заходим в тупик и не знаем, что делать дальше. И герои, с которыми мы очень подружились – у них также были разные настроения. Ибо это не так просто: впустить в свою жизнь съемочную группу, которая будет в течение года постоянно жить в твоем доме и просто станет твоей тенью. Нам повезло, потому что эта семья любит кино, и они сами знают, что такое кинопроцесс, то им было легче решиться и пойти нам навстречу. В конце концов фильм сложился, и он уже есть.





– Как родилась такое странное название – «Земля голубая, как будто апельсин»?

– Название немного причудливая, но мне кажется, что она хорошо передает то ощущение сюрреальності, которое часто настигает на Донбассе и в прифронтовой зоне. Хотя Донбасс для меня не является чем-то новым. Все эти годы я достаточно много ездила туда: и с выступлениями, и муж у меня там служил, и кино мы там снимали. Но все равно, когда начала ездить снова, было много ситуаций, когда казалось, что параллельные реальности сосуществуют рядом и иногда пересекаются. Поэтому все это выглядит очень странно и причудливо.

Скажем, когда мы снимали детей из Авдеевки, были разные ситуации. Когда они смотрели на занятиях фрагменты из фильма Бертолуччи, одновременно было слышно звуки обстрелов, и они совсем не обращали на них внимание. Такой контрапункт рожал очень причудливые ощущения от реальности, в которой они находятся ежедневно.

Так же, когда мы познакомились с семьей из Красногоровки, таких ситуаций была просто куча. Когда я искала какую-то уместную название, начала советоваться с литературной критикинею Анной Улюрою, и когда пыталась объяснить, какой у нас выходит фильм, то постоянно повторяла – сочетание несочетаемого. Она мне процитировала слова Поля Элюара, и меня так поразило это попадание, что я влюбилась в эту фразу, в это название.

– И о чем в итоге получился фильм? Вся семья превратилась в такой себе фильм-продакшн

– Наш фильм основан на наблюдении за одной семьей, где есть мама-одиночка, ее четверо детей, которые живут в маленьком городке Красногоровка. Город достаточно побитое войной, там было очень опасно, сейчас туда иногда «прилетает». Но эта семья, несмотря ни на что, на все те трудности, через которые им пришлось пройти, не уезжала из своего дома. Семья очень жизнерадостная, оптимистичная, все дети имеют хобби, играют на разных музыкальных инструментах, и что самое интересное – снимают сами фильмы. Две старшие девочки, побывав в кінотаборах для подростков, привезли эту страсть домой. Вся семья превратилась в такой себе фильм-продакшн, где мама научилась сама монтировать, меньше, как актеры – все задействованы.



Сначала они снимали какие-то ролики, потом самостоятельно сняли короткометражку о своей жизни во время войны. И нас, как киногруппу, эта линия ужасно захватила. Наблюдая за тем, как они реконструировали различные ситуации, которые им пришлось пережить в течение войны, меня, как режиссера, настигала мысль, что в такой способ они пропрацьовують свой травматический опыт, даже не осознавая этого.

– Фильм получил первую премию на мощном фестивале в США, и еще поедет дальше. Как его восприняли?

– Мировая премьера фильма состоялась на фестивале «Сандэнс» – это крупнейший и самый известный фестиваль независимого кино в США. И для нас большая честь быть там представленными. Это первый фильм украинской, украинского режиссера, который был в конкурсе, и нам еще повезло выиграть награду за лучшую режиссуру. Меня распирают разные эмоции по этому поводу. Люди долго аплодировали стоя, потом подходили со слезами в очках

Относительно фестиваля – куча впечатлений! С нами поехала наша героиня – Мирослава Трофимчук, которая сейчас учится на кінооператорку, поэтому ей это было вдвойне интереснее и полезнее. А насчет того, как воспринимали зрители – реакции были очень сильные. Едущие туда, я волновалась и думала, будет ли фильм понятен и близок зрителям совсем другого мира. Мы имели 5 показов, залы всегда были забиты: люди смеялись, плакали. В Солт-Лейк-Сити у нас была особая атмосфера – люди долго аплодировали стоя, потом подходили со слезами в очках, долго расспрашивали.



Мне и самой было интересно, знают ли люди в Америке сейчас, что происходит в Украине, насколько они в контексте. Я была приятно удивлена, потому что общалась с разными людьми. Большинству из них не надо объяснять, что такое Украина и где она. Очень часто слышала формулировка именно «российско-украинская война». Думаю, что наш фильм лишний раз напомнил и о нас, и о том, как мы здесь живем. Хотя в фильме не так много войны, она там только фоном.

– Куда дальше поедет фильм?

После «Сандэнса» за несколько дней мы летим в Нью-Йорке, где принимаем участие еще в одном фестивале. Затем европейская премьера на Берлинале, и еще куча фестивалей, о которых я еще не имею права говорить.

– В Украине фильм покажут на «Докудейс» в марте. Еще где-то его украинский зритель сможет увидеть?

– Так, украинская премьера планируется на фестивале «Докудейс» и мы очень рады, что именно там будем представлены, но хочется, чтобы фильм нашел всех зрителей, которые заинтересованы его посмотреть. Поэтому в будущем планируется прокат фильма в Украине, и впоследствии, думаю, что он будет выставлен на специальные платформы, чтобы его можно было посмотреть в интернете. Потому что это очень важно, чтобы фестивальные фильмы доходили до широкой аудитории. Мы над этим работаем.

– Сейчас фильм путешествует мировыми фестивалями и показывает украинскую историю другим. По вашему мнению, а важно это показать украинцам – для изменения мировоззрения или, возможно, для разрушения стереотипов о Донбассе? Для многих людей в Украине этот, другой, Донбасс мог бы быть открытием

– После показа в Солт-Лейк-Сити к нам подошла американка и сказала, что у нее всегда был образ Донбасса как исключительно чего-то такого – серость, грязь и война. Она сказала, что благодарна за то, что ей показали другой Донбасс, о существовании которого она даже не имела представления. Поэтому я имею подозрения, что для многих людей в Украине этот, другой, Донбасс мог бы быть открытием. Часто мы сфокусированы только на том, что там идет война, и забываем, что там живут люди. Много светлых и добрых людей. Мне бы хотелось, чтобы и здесь, в Украине, люди лишний раз вспомнили, как именно там живут простые люди. Как они борются за то, чтобы не терять человечность и веру в жизнь.

ПОСЛЕДНИЙ ВЫПУСК РАДИО ДОНБАСС.РЕАЛИИ:





Гаага • Днепр • Донбас • Донбасс • Насир

«Хочу, чтобы оккупанты просили прощения у моего города». Переселенец-военный рассказал, почему реши

 «Хочу, чтобы оккупанты просили прощения у моего города». Переселенец-военный рассказал, почему решил служит в украинских войсках


«Оккупанты забрали у меня дом – заставили из него уйти», – говорит Андрей, ныне военнослужащий Вооруженных сил. Он уже около трех лет старается освободить свой город из-под оккупации российских гибридных сил. Парень переехал на западный регион Украины с Донбасса в 2014 году. Дальше – срочная служба в армии, а потом – решение служит в украинском спецназе. Радио Донбасс.Реалии расспросило военного родом из оккупированного сейчас города Луганской области: почему он выбрал именно такой путь?

– Вспомни момент, когда понял, что придется уезжать из своего города. Что тогда чувствовал? Приехало много боевиков, и один из них мне сказал: «Что ты здесь сидишь? Бери автомат в руки и иди воюй»

– В ноябре 2014-го взорвался снаряд в моем районе. Приехало много боевиков, и один из них мне сказал: «Что ты здесь сидишь? Бери автомат в руки и иди воюй». Это был переломный момент. Тогда я ничего не чувствовал, не было даже страшно. Но мы с мамой и бабушкой решили переехать. Я сразу знал, что туда больше не вернусь, но мама думала, что скоро все закончится, и мы снова приедем домой. Сначала мы жили в Лисичанске, потом переехали на западную Украину. Когда почувствовали, что можно остановиться и отдохнуть, мама сказала: «Я туда возвращаться не хочу».

– Какую сторону в конфликте приняли твои друзья?

– В компании, с которой я гулял, люди поделились на два лагеря. Были ссоры. Особенно, когда кто-то выпьет. Радует, что с моими лучшими друзьями мы не вздорили. Каждый понимал, что у каждого свое мнение, и мы старались держать его при себе. Не говорили прямо о конфликт, не дрались, хотя эмоции иногда брали верх. Например, когда по телевизору показывали количество убитых, некоторые люди в компании начинам радоваться. Почему вы радуетесь? Это же человеческие жизни.

– У тебя есть знакомые, которые сейчас служат в группировках «ЛДНР»? Увидев мои фотографии «по форме», он написал: «Не дай Бог, чтоб мы встретились на поле боя»

– Да. Один уже погиб. Еще двое служат. Однажды один из этих знакомых, увидев мои фотографии «по форме», написал: «Не дай Бог, чтоб мы встретились на поле боя». Не могу сказать, что мне стало неприятно... мне стало не по себе. Но я подумал: дрогнула бы у меня в этот момент рука? Скорее нет, чем да.

– Сейчас ты служишь в спецподразделении Вооруженных сил Украины. Что тебя побудило пойти именно туда? Я сразу попал в самое-самое «пекло». И понял, что это мое. Хотя всю жизнь «косил» от армии

– Когда мы переехали, я, как все обычные переселенцы, пахал, зарабатывал на жизнь. Ну а потом пришла повестка на срочную службу. Ребята, с которыми я служил, говорили: «Почему мы воюем, а они (переселенцы – ред.) просто здесь живут?». Меня это зацепило. И я решил пойти в АТО. Я сразу попал в самое-самое «пекло». И понял, что это мое. Хотя всю жизнь «косил» от армии.

– Тебе нравится военное дело как профессия или ты вдохновился примерами патриотизма? Я был очень зол на всех. Хотелось мести. По сути, меня лишили всего. Заставили уйти

– Мне кажется, что это дело моей жизни. Я когда узнаю что-то новое, мне все дается очень легко. А патриотизм? Знаете, иногда задавал себе такой вопрос: зачем я здесь? Страх брал верх. Сам себе противоречил иногда. Мне тогда было лет двадцать, я был очень зол на всех. Хотелось мести. По сути, меня лишили всего. Я забрал оттуда только компьютер. В моем городе у меня не особо жизнь удавалась. Не было учреждения высшего образования, я работал на заводе. Пахал, чтоб принести что-то в семью. Я рос без отца. Работал для мамы, вкладывал в нашу квартиру. И тут у меня все забрали. Заставили меня уйти.

– То есть тебя на войну повело чувство мести? Друг сообщил, что идет в добровольческий батальон. А через пару месяцев я узнал, что он умер от осколка гранаты

– Я думаю, если бы у меня не было мотивации отомстить, я бы не пошел туда. Еще была такая ситуация, когда мой друг в начале войны сообщил, что идет в добровольческий батальон. А через пару месяцев я узнал из соцсетей, что он умер от осколка гранаты, который попал ему в голову. Это тоже сыграло роль. Не могу говорит про патриотизм. Я просто хотел забрать то, что забрали у меня. Не каждым, кто пошел воевать, двигал патриотизм. У всех разная мотивация. Но сделать шаг, не побояться и пойти на войну – это уже достойно уважения.

– А как близкие отреагировали на твой выбор? Решил позвонить маме, и первое, что услышал: «Ты там, да?»

– Мама не знала. Около трех месяцев она думала, что я на полигоне во Львове, а сам был АТО. Когда нас покрыли «Градами», я поднял голову вверх и решил позвонить ей. И первое, что услышал: «Ты там, да?». Думаю, она чувствовала и давно догадывалась. Я зашел: там все стоят на коленях и молятся. Молятся за меня, чтоб я вернулся

Как мы только переехали на западную Украину, она сильно изменилась. Стала верить в Бога, ходит в церковь. Как-то спросила у меня, убивал ли я человека. Я ответил, что не знаю. Думаю, если бы ответил, что убивал, она бы со мной и не разговаривала. Однажды мама попросила меня сходит с ней в церковь. А я этого в принципе никогда не делал. Тогда захотел сделать ей приятно и согласился. Я зашел: там все стоят на коленях и молятся. Молятся за меня. Чтоб я вернулся. У меня потекла слеза, и я вышел.

– Сейчас общаешься с кем-то из своего города?

– Остались дядя и сестра. Они поддерживают Украину. Ну, по крайней мере, мне так говорят. Мы им предлагаем переезжать, говорим, что поможем во всем. Они отказываются. И отговорки у них какие-то... глупые.

– Если бы ты сейчас смог воспользоваться телепортом и вернутся в 2014 год, чтв бы ты изменил в своих действиях?

– Я бы сразу пошел в добровольческий батальон «Луганск-1». Там служило много знакомых с моего города и соседних. Приложил бы все усилия, чтобы не было такого, что происходит сейчас.

– Что ты сделаешь в первую очередь, когда произойдет реинтеграция оккупированной части Донбасса? Хотел бы, чтоб эти люди просили прощения у всех жителей моего города и всего Донбасса

– Жить я туда не вернусь. Помочь чем-то – согласен. Я бы очень хотел найти корень зла и искоренять его, хотел бы, чтоб эти люди просили прощения у всех жителей моего города и всего Донбасса. Я не знаю, сколько нужно лет, чтобы весь конфликт устаканился. Даже после того, как война закончится, перепалка между людьми будет длиться долго. Также интересно: люди, которые кричат эти все пророссийские лозунги, они правда верят в то, что говорят? Я знаю, что некоторые это делают за деньги, некоторые – из-за страха. Но мы все взрослые, детство ушло. Каждый должен отвечать за свои уступки. И я планирую сделать так, чтоб они ответили. ПОСЛЕДНИЙ ВЫПУСК РАДИО ДОНБАСС.РЕАЛИИ:

(Радио Донбасс.Реалии работает по обе стороны линии разграничения. Если вы живете в ОРДЛО и хотите поделиться своей историей – пишите нам на почту Donbas_Radio@rferl.org в фейсбук или звоните на автоответчик 0800300403 (бесплатно). Ваше имя не будет раскрыто). ЛОНГРІД ПСИХОЛОГИЯ ОККУПАЦИИ БОЛЬШЕ ДОНБАСС.РЕАЛИИ Новые пленные России на Донбассе: кого и за что задерживают в ОРДЛО после обмена (рус.) Война за украинскую идентичность. Любимая тезис Кремля уже не работает? В клубе богатых: Донецкая область третья по уровню зарплат в Украине (рус.) «Чтобы детей прокормить»: почему рядом с фронтом голодают жены шахтеров (рус.) Донецк засыпало снегом за всю зиму. Вот несколько фотографий Переговоры об обмене – «пряник» от России для Зеленского – Кравченко (рус.) БОЛЬШЕ ВСЕГО ЧИТАЮТ 1 Зеленский назначил нового председателя Львовской ОГА (8388) 2 В ГСЧС предупредили о сильный ветер и морозы (6263) 3 «Слуги народа» дежурят у трибуны и президиума Рады (4560) 4 «Для военной базы воды достаточно»: как в Крыму сокращают водопотребление (4189) 5 Коронавирус и мировая экономика: последствия будет иметь эпидемия (3704) СМОТРЯТ 1 Тимошенко объяснила, почему заблокировала место Разумкова – видео 2 Критики Рамзана Кадырова, которых убили за границей – инфографика 3 Коронавирус на борту лайнера Diamond Princess. 25 украинцев среди экипажа – фоторепортаж 4 по Следам львовского палия: хронология поджога авто журналистки Радио Свобода 5 Или боится Дмитрий Разумков прослушивания? СЛУШАЮТ 1 Донбасс.Реалии | Обмен пленными: что выторгует Путин на этот раз 2 Донбасс.Реалии | Пенсии в Донецке: когда Украина прекратит унижать пожилых людей 3 Донбасс.Реалии | Садисты в «МГБ»: кто ответит за пытки в Донецке 4 Новости 5 Новости
Гаага • Днепр • Донбас • Донбасс • Насир

Ежегодная речь Трампа: или он будет говорить об Украине?

 Ежегодная речь Трампа: или он будет говорить об Украине?


Президент США Дональд Трамп как раз накануне своего оправдания в Сенате в процессе импичмента будет излучать «неутомимый оптимизм» в своем третьем обращении к нации позже во вторник по времени США. Эта речь будет иметь целью вернуть внимание от его импичмента до его переизбрания. Трамп будет выступать с позиции силы, с почти полным контролем над Республиканской партией. Темой выступления будет «Большое американское возвращение».

Для демократов, которые почти все голосовали в Палате представителей за импичмент Трампа, все будет иначе. Когда Трамп будет подчеркивать единство своей партии накануне выборов 2020 года, демократы покажут слабость после долгой ночи неуверенности относительно результатов первых партийных выборов в штате Айова – Трамп уже назвал это в твиттере «абсолютной катастрофой».

Контраст с прошлогодней речью Трампа будет резкий. Тогда демократы торжествовали через считанные дни после того, как они взяли контроль над Палатой представителей. Спикер Нэнси Пелоси заставила Трампа разблокировать работу правительства. Своими удовлетворенным аплодисментами перед Трампом она высмеяла президента США на весь мир. Трамп и Пелоси

Трамп придет в Палату представителей вечером во вторник с двумя своими победами: технической ошибкой демократов, которая отложила объявление результатов партийных выборов в Айове, и его ожидаемое оправдание в Сенате в среду.

Так что смотрите на его поведение и жесты, когда он взойдет на трибуну – за пару метров от Пелоси, в той самой Палате представителей, которая объявила ему импичмент.

Трамп и Пелоси не разговаривали с тех пор, как Пелоси в Белом доме встала из-за стола, указала на Трампа и прямо сказала, что его контролирует президент России. «Все дороги ведут к Путину», – сказала она и вышла прочь.

Этот необычный момент в октябре прошлого года попал на теперь уже знаменитую фотографию, которую обнародовал Трамп, а Пелоси разместила ее наверху своей страницы в твиттере. Также были случаи, когда она ставила под сомнение его «зрелость», а он называл ее «сумасшедшей».

Импичмент только подлил масла в огонь. На прошлой неделе Пелоси сказала, что Трамп никогда не получит настоящего оправдания, потому что Сенат не провел настоящего суда с привлечением свидетелей. Как сказала она с удовольствием, «Импичмент останется с ним навсегда». Тон

На прошлой неделе Белый дом заговорил о том, что в речи Трампа будет «боевой оптимизм перед лицом неоправданного пессимизма, который раздается от некоторых в Конгрессе».

Но чиновники не гарантировали, что Трамп будет придерживаться текста своей речи. Президент будет находиться в одной комнате с теми, кто его обвиняет, в момент приближения своей победы. Он имеет сильное и часто заметное чувство обиды и известен тем, что нарушает сценарии.

Поэтому ожидайте бурных аплодисментов и приветствия со стороны республиканцев, что почти полностью поддерживают президента, который любит месть. Более широкая картина

Трамп обязательно использует речь, чтобы попытаться напомнить стране о том, чего он достиг.

Белый дом не говорил, смоделирует выступление Трампа на выступлении президента Билла Клинтона в 1999 году на фоне его собственного процесса импичмента. Клинтон никогда не вспоминал этого «слова на букву «и».

Ожидайте, что Трамп, так же, как и Клинтон, говорить о сильной экономике. Ожидается, что Трамп будет говорить о том, что Белый дом называет «бумом синих воротничков». Во время президентства Трампа у представителей рабочего класса выросли заработные платы, хотя часть этих достижений погасла через торговые войны Трампа, что нанесли вред производству.

Стоит наблюдать, Трамп не примет меры в своей риторике. Клинтон закончил свою речь, попросив нацию представить такую ежегодную речь президента через 100 лет от того вечера, с «вершины американского века».

«Пусть тогда о нас говорят, что мы думали не только о своих временах, но и о их времена; что мы достигли высот наших идеалов; что мы отложили в сторону свои недоразумения и нашли новую час исцеления и надежды; что мы объединились, чтобы служить и укреплять страну, которую любим».

Тогда кое-кто говорил, что его риторика была чрезмерной. Украина?

Вспомнит ли Трамп вообще Украину? Республиканцы начали соглашаться, что президент «ненадлежащим образом» пытался получить политическую помощь от этой страны, когда задержал предоставление военной помощи.

Палата представителей объявила ему импичмент за злоупотребления властью, а также за препятствование Конгрессу в его действиях для расследования первого обвинения.

Это явно ставит республиканцев в затруднительное положение. Несколько из них заявляли, что «прокуроры» из Палаты представителей доказали свою правоту, но даже несмотря на это, правонарушения все равно не достигает уровня импичмента или устранения Трампа с поста. Коронавирус

Вспомнит ли Трамп о новый коронавирус?

«Мы предложили помощь Китаю, но не можем впустить тысячи людей, которые могут иметь эту проблему, коронавирус», – сказал Трамп в воскресенье. В то же время президент пытался избежать гнева Китая слишком откровенными заявлениями, утверждают люди со знанием ситуации.

Согласно новым правилам, граждане США, которые путешествовали в Китай в течение последних 14 дней, будут перенаправлены в один из 11 определенных аэропортов, где они пройдут расширенные процедуры обследования состояния здоровья. Мир на Ближнем Востоке

Трамп сосредоточен на том, чтобы повторно представить себя американцам как президента, который сделал государство и, в частности, жизнь избирателей лучше. Поэтому следите за любыми упоминаниями о внешнюю политику и вопросы национальной��альной безопасности.

Мирный план Трампа на Ближнем Востоке является хорошей проверкой. Трамп заявил, что его усилия для решения длительного конфликта между Израилем и палестинцами будут получать все большую поддержку, потому что это «выигрыш для обеих сторон». На самом же деле план Трампа предпочитает Израилю в ключевых спорных вопросах и предлагает почти невозможные условия для образования палестинцами своего государства, на которую они надеются. Президент Палестинской администрации Махмуд Аббас отверг план Трампа, назвав его «чушью».

Если Трамп ничего не скажет о своем плане во время выступления, это может сигнализировать о том, что Трамп знает, что этот план в беде. Иран

Послушайте, как строго Трамп отзывается о Тегеран после бомбардировок Ирана, которые ранили американских солдат в Ираке. Нападение было возмездием за убийство США иранского генерала Касема Солеймани. С тех пор прошел месяц, и над регионом нависла непростая тишина.

Или предположит Трамп, что он в конце концов все же может сесть и поговорить с иранцами, а подаст сигнал, что двери для переговоров закрыты?

Белый дом заявил, что ожидает, что тон Трампа будет «решительным» и «сильным». В зале

Всегда есть определенная загадка относительно того, кто придет выслушать речь, а кто нет.

Кампания претендентки в президенты от Демократической партии Элизабет Уоррен, сенатора от штата Массачусетс, заявила поздно в понедельник, что маловероятно, чтобы она пришла на выступление Трампа, что происходит на следующий день после внутрипартийных голосований-«кокусов» в айове. Еще одна претендентка от Демократической партии, сенатор Эйми Клобучар из Миннесоты, должно присутствовать на мероприятии в штате Нью-Гемпшир, запланированном на вечер вторника.

Другие законодатели имеют свои причины посещать выступление Трампа или нет. Сенатор Мейзи Гіроно, демократ от Гавайев, сказала, что пойдет «для того, чтобы стать свидетелем».

«Это означает, что я не хлопаю. Я не признаю. Я просто там как свидетель», – сказала она.
Гаага • Днепр • Донбас • Донбасс • Насир

Шокин заявляет о две остановки сердца и не исключает причастности Байдена к своему отравлению

Шокин заявляет о две остановки сердца и не исключает причастности Байдена к своему отравлению


Бывший генеральный прокурор Украины Виктор Шокин в интервью ТСН заявил о две остановки сердца и не исключает причастности к своему отравлению бывшего вицепрезидента США Джо Байдена.

Он рассказал, что 10 сентября 2019 года находился в Греции в личных делах после смерти брата.

«И вот 10 сентября, когда я вышел из машины, я потерял сознание и упал. Я не помню, что было дальше, но мне потом рассказывали, кто присутствовал рядом, что мне очень повезло, что это случилось именно в этом месте и в это время. Это случилось примерно в 11:40, очень рядом был госпиталь, скорая помощь и очень хорошие специалисты. В соответствии с заключением греческой клиники, где я находился сначала в реанимации, у меня было две остановки сердца. Для того, чтобы меня вернуть с того света, были применены электрошокеры для моей реанимации. Потом я провел восемь суток в реанимации, а потом меня перевели в палату. Я не мог ходить, учился там ходить заново», – сказал Шокин. Потенциально новые доказательства появились накануне рассмотрения дела Трампа в Сенате

Бывший генпрокурор рассказал, что его выписали 20 сентября, а 22 сентября он прибыл в Киев. Ему порекомендовали клинику в Вене, чтобы продолжить курс лечения. По его словам, он попал к врача Николая Корпана, который принимал участие в лечении Виктора Ющенко после отравления в 2004 году.

«Мне сделали много обследований. 11 октября врач ко мне пришел и спросил: «А вы знаете, что у вас ртуть в организме?» В выводах отмечается, что содержание ртути у меня в организме – 9,7%, то есть в пять раз больше, чем максимальная норма», – рассказал Шокин.

Он считает, что сегодня здоровый «на 85%, может, даже и на 90%».

Бывший глава ГПУ не исключает, что к отравлению «каким образом» может быть причастен Джо Байден.

«Я обратился официально к греческих правоохранительных органов по этому вопросу, там есть мое официальное заявление, просил их расследовать. Насколько мне известно, уголовное дело возбуждено и расследуется, но это только моя информация. Официально я еще ответа не получил, хотя обратился довольно давно по вопросу возбуждения уголовного производства в связи с моим преднамеренным убийством», – сказал Шокин. Байден: «Я еду через 6 часов, если генпрокурор не будет уволен до тех пор, не получите денег»

Он подчеркнул, что дело энергетической компании Bursima, где работал сын Байдена Гантер, закрыли «и преждевременно и незаконно».

«Относительно Байдена или [пятого президента Петра] Порошенко, я скажу, что Порошенко делал очень много, чтобы я остался. Но, видимо, были такие обстоятельства, в том числе и этот миллиард денег. Я очень хорошо помню его выступление, когда меня увольняли. Он сказал, что я сделал очень много для органов прокуратуры, что меня очень порадовало. Тогда я спросил, почему меня увольняют, если много сделал, ответ был – «не нашел доверия общества», – рассказал Шокин.

Расследование о возможности импичмента Трампа началось в сентябре, после того, как сотрудник спецслужб, имя которого официально до сих пор не названо, написал жалобу на давление, которое президент, по его данным, оказывал на Украину с целью навредить своему возможному сопернику на выборах 2020 года демократу Джо Байдену.

Президент США оправдывал свою просьбу к президенту Украины Владимира Зеленского провести расследование, заявляя, что во времена своего віцепрезиденства Джо Байден настаивал на том, чтобы украинское правительство уволило тогдашнего генерального прокурора Виктора Шокина из-за расследования против Burisma Holdings, где работал Гантер Байден.

19 декабря 2019 года Дональд Трамп стал третьим президентом США после Эндрю Джонсона и Билла Клинтона, которому Палата представителей объявила импичмент. Ему вменяют злоупотребление властью и препятствование работе Конгресса.

Поскольку для отстранения с должности нужны две трети голосов, а большинство в Сенате у республиканцев, Дональд Трамп, скорее всего, сохранит свою должность. В Белом доме заявили о убежденность Трампа в том, что Сенат его оправдает.
Гаага • Днепр • Донбас • Донбасс • Насир

Сенцов: «Я готов быть последним гвоздем в гроб Путина»

 Сенцов: «Я готов быть последним гвоздем в гроб Путина»


Украинский режиссер, бывший узник Кремля Олег Сенцов заявил: «Я готов быть последним гвоздем в гроб Путина», выступая перед переполненной аудиторией Джорджтаунского университета США 27 января 2020 года.

«Я вас уверяю, этот гвоздь не гнется», – добавил он под аплодисменты аудитории.

Все свое пребывание в США он посвятил общению с политиками, чиновниками, украинцами. Он благодарил за поддержку, рассказывал на Капітолійській горке про тюрьму и пытки и призвал поддерживать Украину. В интервью редактору Украинской службы «Голоса Америки» Мирославе Гонгадзе Олег Сенцов частично открыл мир своих убеждений.

– Вы росли в Крыму во времена Советского Союза и потом уже во времена независимой Украины. Вы, наверное, хорошо помните времена, когда Украина стала независимой. Был такой момент, когда вы осознали себя украинцем? Украинцем я себя осознал только на Майдане

– Украинцем я себя осознал только на Майдане.

– Когда Украина обрела независимость, какие у вас были ощущения?

– Мне было 14 лет. И в 14 лет такое не очень понимаешь, не сосредотачиваешься на этом. Был Союз, распался Союз, то это было не так важно.

– Может, в 18 или в 20 лет, какое было ощущение в Крыму, что это была за территория, что это была за страна, было вообще ощущение, что это была Украина?

– Никогда, увы.

– Почему?

– Вопрос не ко мне, а ко всем тем, кто должен был заниматься национальной политикой, государственной политикой. Никогда не было какой-то сосредоточенной и ответственной политики у нас в стране вообще, не только в Крыму. У нас никогда никто не пытался делать государственную политику. Никто не думал о государстве, скорее, прикрывался (интересами государства – ред.), а защищал собственные интересы.

– Сейчас мы повторяем, что Крым – это Украина. Это лозунг звучит повсюду. Или Украина делала и делает достаточно для того, чтобы это было не просто лозунгом, а реальностью? И что надо было сделать, с вашей точки зрения, еще тогда для того, чтобы Крым оставался украинским?



– Надо было проводить более ясную национальную политику. В Крыму была какая-то официальная украинская власть сверху, которая не работала, а вызвала у местного населения какое-то отторжение.

– Местное население не воспринимало местную украинскую власть в Крыму?

– Не воспринимало. Была какая-то власть, но Крым всегда был таким себе островом – это одна ошибка нашего государства, нашего руководства. А вторая ошибка – это было оставить российский флот в Севастополе. Это вторая стратегическая ошибка, которая привела к этой катастрофе в 2014 году. Мы должны повысить ставки, а не умиротворять этого агрессора

– Реальность сегодня такова, что Крым оккупирован Россией. Когда президент Зеленский был здесь, в Соединенных Штатах, мы спрашивали его, есть ли у него план, каким образом можно вернуть Крым Украине. Он сказал, что такого плана нет. Каким, с вашей точки зрения, должен быть план для того, чтобы вернуть Крым Украине, и возможно ли это вообще?

– Ни у кого нет плана. Никто не знает, что делать. Ну я всегда говорю, что вопрос возврата Крыма – это стратегический вопрос и на долгие годы. Это нельзя решить завтра путем переговоров с Путиным. Путин вообще не хочет ничего об этом слышать. Вернуть Крым и Донбасс под контроль Украины можно только после того, как власть Путина рухнет, потому что он не отдаст никогда. В то же время мы должны продолжить натиск на него, и Украина, и Америка, и Европа, все наши союзники, чтобы не дать Путину эту ситуацию зафиксировать, как-то договориться со всеми и как-то избежать этого противостояния, санкций, чтобы эта ситуация стала нормой. Мы должны повысить ставки, а не умиротворять этого агрессора.

– Что значит повысить ставки?

– Новые санкции

– От Европы, от Соединенных Штатов?

– Да. От Украины также. Украина должна быть в эшелоне этих санкций. Я понимаю, что мы очень привязаны к России экономически, что мы – более слабая экономика, но нет другого пути, если мы хотим быть независимым государством, противостоять нашему врагу, это должна быть наша стратегия. Если мы будем его умиротворять – это поражение.

– Сейчас вы находитесь в США. Украина здесь на повестке дня повсюду. Что вы говорите сегодня американским чиновниками, законодателям, с которыми встречаетесь? К сожалению, за шесть лет после Майдана – а это было одно из требований Майдана – честные суды не были в Украине созданы

– Я говорил о главном, о два вопроса, которые сейчас стоят перед Украиной – это российская агрессия в широком смысле этого слова и наши пленные в узком, и второй вопрос – это внутренние проблемы Украины, главной из которых является коррупция. Если мы ее не преодолеем, то ничего не будет. Я сейчас общался с заместителем Помпео по Украине и он спрашивал: «Что мы можем сделать? Что для вас главное?». Я ему ответил, что главное, чего нам не хватает, без какой вещи невозможно действительно очищение, нам не хватает независимой судебной системы. Пока ее не будет, не будет ничего. Все остальные усилия будут напрасными. Даже если мы будем иметь независимые СМИ, которые будут освещать какой-то мутные схемы, коррупционные, если будем иметь честную полицию, которая будет хватать преступников, отправлять в суд, все это будет бесполезно, потому что суд будет их выпускать, потому что кто-то позвонил, кто-то принес деньги, кто-то совершил какое-то влияние.

Эту систему необходимо сломать. Это единственный путь. К сожалению, за шесть лет после Майдана – а это было одно из требований Майдана – честные суды не были в Украине созданы.

– Насколько важна сегодня, на ваш взгляд, является поддержка Соединенных Штатов, в частности, в контексте помощи с реформами в Украине?

– Сверхважная, потому что это самая влиятельная держава в мире. Вера она будет нашим союзником, мы будем чувствовать эту поддержку. Эту поддержку будут ощущать и другие страны, которые будут присоединяться к сильному союзу, к сильного государства. Если США нас поддерживают, другие также будут поддерживать.

– Но сейчас так выглядит, что Европа хочет вернуться к делам, как всегда, хочет умиротворить Россию. Сегодня Россия уже вернулась в Совет Европы. Вы виделись с президентом Макроном, вы виделись с президентом Зеленским. Что вы считаете важно для них понять, особенно для европейцев в этом контексте агрессии России?

– У европейцев – свои цели. У Макрона – также своя цель. Он хочет быть великим президентом Франции и лидером Европы. Госпожа Мекрель уходит с политической арены, и Макрон хочет занять ее место и быть локомотивом Европы. Для этого ему нужно какое-то достижение в политике. Если это будет какое-то решение украинского кризиса – это будет большой плюс, и он хочет это сделать. После этого пойдет снятие каких-либо санкций и будет, возможно, в связи с этим во Франции или в Европе экономический рост. Вот его цель. Ничего сложного в том, чтобы его понять.

Но при власти Путина это невозможно. У нас свои есть цели, мы хотим независимости, мы хотим свободы и строить богатую и счастливую Украину, но при власти Путина это невозможно.

– Вы говорили об этом с президентом Зеленским?

– Я с Макроном общался, у меня была отдельная встреча, а с Зеленским я не общался. Мы только дважды виделись. В аэропорту, когда он нас освободил и на экономическом форуме YES, когда я ему банку подарил. Сенцов передал Зеленскому символическую банка



– Если бы вы с ним встретились, что бы вы ему сказали? Он готовится сейчас к встрече с Путиным снова в «нормандском формате».

– Он – взрослый человек, руководитель нашей страны, знает, что делать, пусть делает. Я не даю советов. У него есть советники, у него есть своя голова на плечах. Он понимает, как должно быть.

– Тогда что для вас как для человека, украинца, патриота важно?

– Я имею свое собственное мнение, она в каких-то вещах не совпадает с мнением нашего президента.

– Не совпадает в каких моментах? Для нас единственный путь достижения Мира на Донбассе – это поражение. Мы должны сдаться и после этого мир на Донбассе наступит. Но это будет мир покореної государства

– В отношениях с Россией. По моему мнению, мы не можем вести переговоры с Путиным . Для нас единственный путь достижения мира на Донбассе – это поражение. Мы должны сдаться и после этого мир на Донбассе наступит. Но это будет мир покореної государства.

– Какая альтернатива переговорам?

– Бороться.

– Как?

– Не сдаваться. Мы не можем победить Путина, это объективно, военным путем. Мы не можем его перебить экономически. Он имеет больше ресурсов, но можем просто не сдаться, выстоять в этом противостоянии. Я всегда сравниваю Украину с крепостью, на которой мы стоим, а нас штурмует орда, и надо только выстоять. Мы не можем спуститься вниз, эту орду перебить – их очень большое количество, только удержаться. Удержавшись мы победим. Орда эта схлынет рано или поздно. Я не верю в то, что Путин даст нам интегрировать Донбасс сейчас. Он не вывел свои войска, он не заберет своих сепаратистов, он не отдаст контроль над границей

– Но сейчас происходит размежевание. Сейчас происходит отход с позиций на востоке Украины. Или это является правильной политикой?

– В стратегическом плане это не очень большая территория, если учитывать то, что мы уже потеряли. Это попытка выполнить Минские соглашения, «формулу Штайнмайера» и прийти к миру и интеграции. Это политика Зеленского. Я его поддерживаю, но только в первых шагах, если это может привести к прекращению огня, если он сможет реально это сделать – и огонь прекратится, и не будут гибнуть наши ребята, это будет очень большое достижение. Если он сможет всех наших ребят освободить из плена. Он уже уволил почти 100 человек – это достижение. Но дальнейшие шаги – я не верю в их возможность и необходимость. Я не верю в то, что Путин даст нам интегрировать Донбасс сейчас. Он не вывел свои войска, он не заберет своих сепаратистов, он не отдаст контроль над границей.

– Это означает замораживание ситуации?

– Я не вижу другого выхода сейчас. Если мы создаем новую украинскую нацию, которая создается за национальными принципами, политическую нацию, мы должны иметь какие-то ориентиры. Это – наша независимость, наши государственные символы, наша история, наша речь

– Вы русскоязычный, выросли в Крыму. Сейчас мы с вами общаемся на украинском. Это был сознательный выбор или вам все равно, разговаривать на украинском или на русском? Почему вы стремитесь разговаривать на украинском?

– Если мы создаем новую украинскую нацию, которая создается за национальными принципами, политическую нацию, мы должны иметь какие-то ориентиры. Это – наша независимость, наши государственные символы, наша история, наш язык. Я на украинском разговариваю с украиноязычными. Я стараюсь писать посты на украинском, я стараюсь общаться на украинском на официальных мероприятиях.

– Вы сознательно пошли на Майдан. И на самом деле это были большие риски для вас как крымчанина и, в принципе, быть там также был большой риск. Почему вы шли на эти риски?

– Потому что я не хотел жить в той Украине, которую строил Янукович. Янукович – это было абсолютное зло, я был против этой преступной власти.

– Думали ли вы, что все может так повернуться, как оно вернулось?

– Никто не знает своего будущего, поэтому я не очень люблю какие-то планы творить, говорить о будущем. Мы не знаем, что будет через день, через неделю или через год.

– Вы отсидели 5 лет в тюрьме, готовы были провести там 20 лет...

– Не хотелось бы, но был готов.

– Откуда вы черпали силы?

– Меня часто об этом запросують, но я действительно не знаю ответа. Почему так сложилось, что я не сдавался? Ну я же не один такой. Многие не казался, просто про этих ребят мало говорят. Прочитайте о Пантюшенка на Донбассе, как он держался, он пережил гораздо больше меня, но о нем мало кто знает.

– Вы сразу после освобождения влились в общественно-политическую жизнь. Удалось ли вам вообще восстановить свое психологическое состояние. Испытывали ли вы потребность в какой-то реабилитации, имели ли вы время для реабилитации?

– Я реабілітуюсь в труде. Я привык работать, я 5 лет отдыхал. Можно поработать.

– У вас есть один рассказ, который называется «Завещание». Вы в нем пишете о том, где хотите и как вы хотите, чтобы вас похоронили или не похоронили, развеяли пепел по морю. Что побудило вас написать это повествование и что для вас смерть, почему вы думали о смерти?

– Именно такой вопрос мне задали на курсах режиссеров, когда я вступал в 30 лет. Я написал этот рассказ за 2 года до того. Это мой первый рассказ в жизни – «Завещание». Именно был такой вопрос, очень-очень глубокий вопрос, очень-очень длинное. И я просто ответил как есть: не спалось, ночью написал.

– Но от бессонницы можно было писать о чем?

– Я не знаю, почему написал об этом. Я не знаю.
Гаага • Днепр • Донбас • Донбасс • Насир

«Аушвиц» – ад на земле. 200 бывших узников концлагеря приняли участие в торжествах в Освенциме

 «Аушвиц» – ад на земле. 200 бывших узников концлагеря приняли участие в торжествах в Освенциме


27 января в польском городе Освенцим, где во время немецкой оккупации во время Второй мировой войны нацисты организовали концлагерь «Аушвиц», отметили 75-ю годовщину освобождения узников лагеря смерти. Самые главные гости – это около 200 бывших узников «фабрики смерти», которые приехали из США, Канады, Израиля, стран бывшего Советского Союза. Среди них и 8 украинцев. В торжествах приняли участие 13 президентов, 15 премьер-министров из разных стран, представители международных организаций – Совета Европы, Европейского Совета, ООН и ЮНЕСКО.

«Этого нельзя забыть», – говорили те, кто пережил ужасы концлагеря. Сейчас большинства из бывших заключенных – свыше 90 лет. В концлагерь люди заходили через ворота с надписью «Arbeit mach frei» («Труд освобождает»), а их жизненная дорога завершалась в печах – прах «выходил» через дымоходы и покрыл окрестные поля.

75 лет назад, 27 января 1945 года, узники нацистского лагеря, которые уцелели, а их было более 7 тысяч, покинули территорию смерти. Среди них была украинка Анастасия Гулей, которую в 1943 году в 17-летнем возрасте забрали на принудительные работы в Германию, а оттуда она сбежала в Польшу. И все же снова попала к нацистам в концлагерь «Аушвиц II-Биркенау». Когда ей на руке выкололи номер, Анастасия Гулей поняла, что домой она не вернется. Она выжила, но пережитые ужасы преследуют в воспоминаниях всю жизнь. Я так боюсь «Аушвица» всю жизнь Анастасия Гулей

«Тяжкие мои ощущения, я так боюсь «Аушвица» всю жизнь...Страшные ощущения вызывает. Эти бараки, канавы, которые я рыла в Биркенау. Нас послали копать, обкладывать дерном канаву в дождь, а те деревяшки с ног падали. В'їлось в душу, как люди шли и шли в крематорий и так им хотелось крикнуть: «Люди розбіжіться, хоть один спасись», а они идут тихие, смирные, под музыку», – вспоминает бывшая узница.

Память сохранила конкретные образы. «То дитятко, как кукла, перед глазами. Тяжелые воспоминания, а потом страшно было, руки відвалювались, я в сельском хозяйстве работала, подумала, что это уже мое, знакомая работа. Но, Боже! Привозят минудобрения рассеивать по полю. Мы присмотрелись, что-то оно колючее, не то что-то. А это – прах человеческий в мешках, косточки, которые не перегорели, кололи руки. Вот часто сижу и чувствую, как руки мне колет. Оно никогда из головы не выходит, день и ночь. Так хочется забыть, любуватись солнышком, а оно застелає и накрывает... Лучше не помнить», – говорит Радио Свобода Анастасия Гулей, которая после «Аушвица» попала в лагеря «Бухенвальд» в Берген-Бельз.

Сколько сегодня еще живет бывших пленников концлагеря в «Аушвиц» – трудно сказать. Их становится все меньше, потому что 5 лет назад приехали 300 человек, в этом – 200. Все меньше остается свидетелей, которые могут рассказать об ужасах в концлагере, которое называют адом на земле. Анастасия Гулей, как другие пожилые люди, считает, что ее обязанность рассказывать о пережитом и увиденном, чтобы больше такого не повторилось. Она отметила, что в январе 1945 не освободили узников, а спасли. Это был день спасения Анастасия Гулей

«Это был день спасения, потому что мы были уже почти трупы. Ни на что не реагировали. Только слышали: «Подвинься, ага, ты уже мертва». Нас в январе 1945 года освободили солдаты Первого Украинского фронду, украинская дивизия», – подчеркнула Анастасия Гулей.

Во время совместного брифинга польского и украинского президентов Анджей Дуда подчеркнул, что именно солдаты украинской дивизии первыми освободили концлагерь. На территорию лагеря зашли солдаты украинской дивизии, а именно 60-й армии Первого украинского фронта Красной армии. Годами уже говорится о том, чтобы в мемориальном комплексе «Аушвиц» был стенд создано место памяти, посвященный украинцам, которые погибли и прошли «фабрику смерти». А таких было, по разным подсчетам, от 14 до 15 тысяч, из которых 200 оуновцев. В «Аушвиц» убиты два брата лидера ОУН Степана Бандеры. Россия имеет отдельный барак, наставила самоваров. Но чего Россия? До сих пор не имеем здесь своего музея Анастасия Гулей

«Обещали сделать музей, посвященный Украине, украинским заключенным, а его не сделали. Россия имеет отдельный барак, наставила самоваров. Но чего Россия? Здесь не было их людей, так, как это так? Мы начали собирать вещи даже от заключенных, но до сих пор не имеем здесь своего музея», – говорит бывшая пленница Анастасия Гулей.

Главными гостями нынешних мероприятий, посвященных 75-й годовщине освобождения «Аушвиц», были именно бывшие заключенные, а не политики. Они делились своими воспоминаниями.

Бывшие узники концлагеря, с завязанными на шеях платочках в бело-голубые полоски и в полосатых головных уборах, символизировавших их лагерную форму, прошли через знакомые им ворота с надписью «Arbeit mach frei». Им повезло «не выйти» через трубы крематориев. Они возложили венки к «Стене смерти», что есть на территории «Аушвиц II-Биркенау», которая располагалась за высоким забором с воротами, куда выводили людей на расстрел. Зажгли свечи бывшие пленники концлагеря возле памятника жертвам в Биркенау.

Торжественные мероприятия по случаю 75-й годовщины освобождения узников состоялось в специальном шатре, установленном возле ворот бывшего лагеря. Со словами благодарности к присутствующим обратился президент Польши Анджей Дуда, а главными были выступления бывших узников. Где был весь мир, который ничего не делал, чтобы уцелели люди? Батшева Даген

«Мне трудно скрыть свои эмоции и трудно поверить, что через 75 лет стою здесь перед вами. Дали мне форму российского солдата, ноги были обернуты платком с молитвой, которую забрали у евреев. Мне формы не хватило. Номер на руке был хорошо виколотий и до сих пор со мной. Хуже всего, что пережила в начале, не не виколотий номер,это была потеря волос. Работала я медчасти и смотрела каждый день на вши, а это на волосах и на одежде, я просто убивала эти вши, это была моя работа. Это трудно описать. Где был весь мир, который ничего не делал, чтобы уцелели люди?» – рассказала во время торжества Батшева Даген, заключенный «Аушвица», которая приехала из Израиля.

Ее рассказ продолжила другая пленница лагеря смерти Эльза Бейкер. Хочу поблагодарить полякам, что сохранили концлагерь и создали здесь музей. Сюда могут приехать люди. Ромы очень терпели, как и евреи Эльза Бейкер

«Я была в «Аушвице» 8-ми летней девочкой. Хочу поблагодарить полякам, что сохранили концлагерь и создали здесь музей. Сюда могут приехать люди. Ромы очень терпели, как и евреи. Моя мама, которая меня адаптировала, была синти и меня немцы восприняли за ромку. Людей заживо сжигали здесь. Слышались постоянные крики. Мне сюда очень трудно возвращаться», – говорит Эльза Бейкер.

Сначала в 1940 году нацисты удерживали в лагере «Аушвиц» поляков, потом пленных советских воинов. С 1942 года это стало местом массового уничтожения евреев. По словам бывших пленников, людей перед убийством раздевали и голыми расстреливали или сжигали в крематориях. В бараках музея есть горы обуви, одежды, несколько тонн волос, тысячи протезов, костылей, очков, чемоданов с фамилиями владельцев, а еще на складах лагерей есть масса пустых банок из-под «Циклона Б» и еще неиспользованных. Немцы уничтожили в этом концлагере, по данным музея, 1,1 миллиона человек, из которых 90% были евреи.

После освобождения Красной армией «Аушвиц» в Москву вывезли документы, которые до сих пор недоступны для исследователей. Комплекс состоял из трех лагерей – Аушвиц И», где располагалась администрация и бараки, «Аушвиц II - Биркенау», а это бараки, крематории, где содержались сотни тысяч евреев, поляков, украинцев, белорусов, синти и цыган, людей других национальностей и рабочий «Аушвиц III», где пленники работали до изнеможения. В концлагере проводили эксперименты над детьми.

Бывшие заключенные говорили, что хотят, чтобы следующие поколения знали, через что они прошли, но, чтобы никогда ничего подобного не повторилось. Для этого важна индивидуальная ответственность и толерантность. Завершились торжества общей молитвой.
Гаага • Днепр • Донбас • Донбасс • Насир

Член первой украинской экспедиции в Антарктиду: об «удивительных англичан», ледники и дружбу с кито

 Член первой украинской экспедиции в Антарктиду: об «удивительных англичан», ледники и дружбу с китом


28 января принято считать датой открытия Антарктиды экспедицией Российской империи. Однако украинские специалисты сомневаются в этой дате, потому что существуют старшие сведений об открытии континента. Среди них – Сергей Гордиенко, который был в составе первой украинской экспедиции в Антарктиду. Во время встречи со школьниками в Днепре Гордиенко рассказал, что делал на Антарктиде, чем его поразила научная станция «Фарадей» (впоследствии переименована в честь академика Владимира Вернадского) и почему пингвины напоминают людей.

200-летие открытия Антарктиды, которое, как считается, отмечают 28 января, Сергей Гордиенко считает противоречивой датой.

«Я не совсем с этим согласен. Встречал источники, которые говорят, что материк был известен с давних времен. Об этом существует много легенд. Даже есть карты очень старые, периода 13, 14, 16 веков. Одна из них – турецкая, где мореплаватели говорят, что этот материк существовал всегда, туда ходили за китами. Российская экспедиция – это просто наиболее известный и зафиксированный факт», – говорит исследователь.

61-летний днепрянин Сергей Гордиенко – профессиональный путешественник-одиночка, специалист по выживанию в экстремальных условиях с многолетним опытом. Он был одним из 12 смельчаков, которые приняли участие в первой украинской антарктической экспедиции 1996 года. Мечта детства – побывать в Антарктиде – сбылась в 38 лет, говорит Сергей.

Радио Свобода собрало воспоминания Сергея Гордиенко о работе на научной базе «Академик Вернадский» в 1996 году. «Космический комплекс» в Антарктиде

Великобритания тогда как раз передала Украине антарктическую научную базу на Аргентинских островах в Западной Антарктике. До того она носила имя Фарадея – сейчас называется «Академик Вернадский».

В конце января 1996-го года участники первой экспедиции отправились из Киева самолетом, добрались до самого южного города планеты – аргентинского Ушуайа, откуда судно «Борис Петров» 1 февраля доставило их на бывшую британскую станцию.

Научный центр, переданный англичанами, произвел невероятное впечатление – Гордиенко сравнивает ее с космическим кораблем. Станция была похожа на космический комплекс. Все двигатели были раскрашены в разные яркие цвета. И у каждого было женское имя

«Когда ты выходишь из пещеры и входишь в дворец, наступает шок. Станция была похожа на космический комплекс. Там было все! Еда – ее было очень много и такая, которую мы никогда не видели в своей стране. Там было снаряжение, которого мы никогда не видели. Не удивляло, а поражало: заходишь в цех с дизель-моторами, а там – коврик на полу! Туда можно было зайти босиком! И запаха масла не было. Все двигатели были раскрашены в разные яркие цвета. И у каждого было женское имя. Да и работали они на удивление тихо.Я никогда такого не видел нигде, ни на одном нашем заводе», – вспоминает путешественник.

Больше всего его поразило то, как порядок создает ощущение комфорта в условиях, что меньше всего напоминает родной дом. «Абсолютная аккуратность, точность, порядок. В Англии, особенно во флоте, очень жесткий порядок: пятница – день приведения в порядок помещения. И это не просто уборка – все вымывается до блеска. На нас это произвело впечатление! Мы все это потом пытались перенесли на свои собственные дома и семьи. Хотя, честно говоря, когда я предложил такое уборка, даже моя жена сказала: «Да это же выдержать невозможно»... Станция британцев полностью перешла в наше распоряжение. Первая экспедиция принесла много открытий, много ответов на вопросы», – отметил он. Ветер, который разрушает лед

В составе первой украинской антарктической миссии Гордиенко имел несколько важных задач. Он был инструктором по технике и психологии выживания в высоких широтах, ведь большая часть зимовщиков тогда не имел полярного опыта.

Кроме того, он работал полевым метеорологом – совершал многокилометровые одиночные «вылазки» за станцией, на острова и материковую часть, следил за природными явлениями, которые не фиксирует техника, и даже сделал открытие.

«За погодой не всегда можно следить с помощью приборов, поэтому очень важно, чтобы были наблюдатели, которые могут фиксировать явления, которые не фиксирует техника. В частности, я обнаружил очень интересную особенность. Ранее считалось, что фронтальный ветер, который входит в горные системы и ледники, охлаждает воду. На самом деле это не так. Воздуха за счет трения и скорости, наоборот, нагревается. Причем довольно сильно: на 3-4 градуса. И это влияет на будущее судоходства, поскольку ледяной покров при теплых потоках начинает разрушаться гораздо раньше. Несколько британцев работали над этой темой в 1960-е годы, но потом о ней почему-то забыли», – рассказал Гордиенко. Самопорятунок и «клад», оставленный британцами

День прыгуна-исследователя в Антарктиде был расписан по минутам: подъем, приготовление пищи, сбор снаряжения, обязательно – заметки, сбор метеоданных, а потом целый день – работа. «Выходной? Вот когда метель, тогда и выходной», – улыбается Сергей.

Его миссии в Антарктиде предшествовало много одиночных путешествий в экстремальных условиях, был и немалый опыт выживания в условиях Крайнего Севера. Однако, говорит Гордиенко, «мать Антарктида» показала: знаешь и умеешь далеко не все. Во время одного из исследовательских выходов случилось непредвиденное: он упал в ледяную воду. Ледники Антарктиды в постоянном движении. И такое впечатление, будто они живые, как будто дышат

«Мне приходилось передвигаться по ледникам. А они не горные: ледники Антарктиды – это другое, они в постоянном движении. И такое впечатление, будто они живые, как будто дышат. Ежедневно происходят сколы айсбергов. А это колоссальное зрелище! Когда многотонные глыбы, которые могут быть несколько километров длиной, падают в океан, поднимается огромная волна, которая иногда равна цунами – что ближайшие острова вплоть покрываются водой», – вспоминает исследователь.

«Это был переход от островов до береговой зоны. Станция расположена на островах, а непосредственные точки исследований – это материк. 17 километров пролива, которые надо было пройти. Был очень теплый период, лед был ненадежный. Я сделал самодельный каяк из шкур тюленей, как это делали малые народы. И такой плавсредство я тянул по льду на случай, если провалюсь. Я провалился под лед перед самой береговой линией. Температура воды составляла минус 2 градуса: за счет высокой солености вода не замерзала. Пробыл в воде недолго, минуты полторы-две. Но берег Антарктиды – стремительный, который надо преодолевать с помощью альпинистского снаряжения. Чтобы выбраться наверх, ушло часа полтора. Переохлаждения. И плюс, видимо, привезенные с собой вирусы... Я заболел воспалением легких».

Лечиться пришлось самостоятельно. Украинца спас «клад», оставленный британцами. Англичане – удивительные люди. Они составляют снаряжение и продукты в ящики и разбрасывают их по зоне исследования

«Англичане – люди удивительные. После каждой экспедиции они составляют снаряжение и продукты, что остались, в ящики и разбрасывают их по зоне исследования. Мне пришлось почти двое суток добираться до такого ящика. Когда я его открыл, я нашел необходимые медикаменты. Лечился около пол месяца. Сначала в палатке, потом – откопал английский домик. Уже через полтора месяца начал спокойно работать», – вспомнил Сергей Гордиенко. Дружба с китом и «человеческие» отношения между пингвинами

Про Антарктиду, которая магнитом притягивала с детства, говорит Сергей Гордиенко, можно рассказывать часами. Среди самых положительных впечатлений – наблюдения за животными. Во время антарктической экспедиции Сергей сблизился с китом, поймал на «преступлении» пингвина, заметил похожие на человеческие отношения в пінгвінячому семействе.

На станции «Академик Вернадский» будет больше молодых ученых – МОН

«Черно-белые, маленькие пингвины – это адели. Королевские – те высшие, почти полтора метра ростом. Я подходил к ним вплотную. Они людей не боятся, они не знают людей, думаю, воспринимают нас за таких же птиц, как они сами. Как-то пингвин украл моего шляпы от солнца. Он пытался превратить его в гнездо. Я хотел забрать, но он попытался меня укусить. Пришлось оставить. Их поведение напоминает мне поведение людей. Скажем, строят гнездо. Каждый раз, когда самец приносит новый камешек, – он будто кланяется самке, а она этаким шипением его одобряет. Но есть такие, которые не хотят идти к морю за камнями, а воруют их из соседних гнезд, и самка также это одобряет».

Сейчас Сергея Гордиенко не покидает мысль продолжить исследовать Антарктиду, которую он называет одной из самых интересных территорий планеты и местом, где зарождается планетарная погода.

«Есть несколько вариантов. Но все важные вещи упираются в финансирование. Ориентируюсь на одиночные экспедиции. В мире есть путешественники-одиночки, которые осуществляют исследовательские задачи и приносят огромную пользу своей стране, науке», – говорит путешественник.

Украина – одна из 30 стран мира, которая имеет постоянную станцию в Антарктике, что функционирует целый год. Ежегодно на станцию «Академик Вернадский» отправляется летняя экспедиция, в которую входят ученые и технический персонал. Также во время антарктического лета проводятся сезонные экспедиции.
Гаага • Днепр • Донбас • Донбасс • Насир

«Меня нашли в «отработанных материалах». История пленницы концлагеря «Аушвиц» Анны Стрижкової

 «Меня нашли в «отработанных материалах». История пленницы концлагеря «Аушвиц» Анны Стрижкової


27 января исполняется 75 лет с тех пор, как войска советского Первого украинского фронта освободили Аушвиц. Один из крупнейших нациських концлагерей, который также называют «фабрикой» по уничтожению людей и символом Холокоста. Среди его заключенных была Анна Стрижкова. Она попала туда, когда ей не было и трех лет. Вытатуирован номер 69929 заменил ей все. Она и до сих пор не знает дату и место своего рождения. И хотя женщина уже давно вывела клеймо, впрочем, говорит, страшные воспоминания сопровождают ее всю жизнь. Свою историю она рассказала Радио Свобода.

Нацистский лагерь смерти «Аушвиц» близ польского города Освенцим существовал с 1940-го до 1945 года. По оценкам исследователей, за это время через него прошли не менее 1,3 миллиона человек, из которых примерно 1,1 миллиона уничтожили. Их убивали в газовых камерах, крематориях, голодом, невыносимыми условиями труда, болезнями и медицинскими экспериментами. Кроме евреев и поляков, которые больше всего пострадали, в лагере были украинцы, белорусы, цыгане.

Когда 27 января 1945 года советские военные отворили ворота «Аушвица», там на них ждали более семи тысяч замученных заключенных, включая 600 детей. Среди них – четырехлетняя Анна Стрижкова.

– 27 января 1945 года, когда бойцы Первого украинского фронта освободили лагерь, я, в принципе, уже находилась на грани смерти.

Поэтому у меня три дня рождения. Первый – я не знаю. Второй, считаю, 27 января 1945 года, когда меня вернули к жизни. И третий – день, который мне дали приемные родители, когда забрали меня из детского дома. Возраст мне уже в Киеве устанавливала экспертная комиссия.

О своем детстве в концлагерь я ничего не знаю. Где родилась: ни страны, ни семьи, ни дома – я не знаю. Имя – говорят, что мое. Вроде так называли меня в лагере. Все это мне было заменено номером 69929, который я получила в концлагере «Освенцим».

Судя по архивным данным музея «Аушвиц-Биркенау», привезли нас туда 4 декабря 1943 года.

Именно в 1943-м началась зачистка партизан в белорусских лесах и селах. Уничтожали все – должна была остаться «сожженная земля». Забирали детей и взрослых – всех, кто как-то мог понадобиться.

По Женевской конвенции, защита детей и мирного населения во время войны – ответственность государства. У нас этого не было. Потому что, к сожалению, видимо, государство не была подготовлена. В концлагере «Аушвиц»

Архивы говорят, что я прибыла в концлагерь 4 декабря 1943 года на поезде, который собирался в Минске командой СС то 69, то 68. Но из Минска я, из Беларуси вообще – это, увы, непонятно.

Когда из «Освенцима» немцы отступали, они взорвали основной архив, остался только транспортный – заключенные, которые прибыли, и их номера. Никаких справок о моих родителях в архивах, к сожалению, нет.

Я не могу забыть боль, когда накалывали номер, как мы заходили в эту комнату, и этот постоянный детский крик. Хотя очень не кричали, потому что за это били.

Сейчас на месте номера – только шрам. Мне его вывели перед тем, как я пошла в школу. Родители делали все, чтобы я забывала ужасы войны. Но, увы, в памяти все остается.

Когда я попала в концлагерь, мне было примерно два с половиной года. Из архивных справок я выяснила, что дети находились в 15 и 16 бараках. Мы жили все вместе – и маленькие, и старшие.

Помню, как некоторые женщины, несмотря на опасность, умудрялись приносить нам кусочки хлеба.

Детей преимущественно держали как доноров крови. Эту кровь забирали для немецких госпиталей и медицинских экспериментов. Йозеф Менгеле был главным врачом «Аушвица» и проводил медицинские эксперименты. То есть, маленькие дети там не работали, а служили сугубо биологическим материалом. Известно, что детская кровь быстрее генерирует, пополняется, оживляет.

Уже после освобождения ночам я очень часто кричала, потому что снилось лицо медсестры-надзирательницы, которая нас водила на забор крови. Она была похожа на клоуна «Петрушку». Мне было страшно, я знала, к чему это приведет.

У меня кровь третьей группы – менее востребована, чем, скажем, первая. А те дети, которые имели первую группу, очень быстро исчезали...



Когда привозили эшелоны евреев, их просто без номеров, без записи сразу загоняли в газовую камеру. Это действительно булка фабрика смерти. 27 января 1945 года: освобождение

А освободили лагерь 27 января 1945 года войска Первого украинского фронта. В лагере в это время остались в основном старики, больные и дети.

Сначала нас всех забрали в военные госпитали, а затем поездом отправили в Ташкент – хлебный город. Когда поезд проходил мимо Киев, там оставили детей-украинцев и тех, кто не доедет до Ташкента. Среди них была и я.

Киевляне знали, что приедет поезд с детьми-узниками и немало людей с едой и одеждой вышли его встречать. Пришли туда и мои будущие родители. Они не имели собственных детей, поэтому решили взять мальчика на воспитание.

С поезда меня выносила медсестра и сказала, что у меня шесть раз брали кровь, нашли меня в «отработанных материалах» и вообще неизвестно, выживу. Мама рассказывала, что я ей напомнила тогда ромашку, в которой поопадали все лепестки. Родители сразу хотели меня забрать, но им не позволили, потому что сначала нужно было отправить в больницу.

Я была совершенно обескровлена – мне трижды вливали кровь. И донором всегда была моя мама. Поэтому когда говорят о родную или не родную кровь... Во-первых, у меня кровь мамы, а это значит, что уже родной. А во-вторых, я не понимаю этого понятия «родство по крови». Родство скорее бывает по душе, чем по крови.

Я помню, как ко мне пришли мама с бабушкой. Они рассказывали, что я долго не разговаривала и вообще не улыбалась. А когда заходил врач, начинала мелко трястись и прищуриваться.

К тому же, я не знала языка. Мама рассказывала, что я долго ��живала белорусские, польские, немецкие слова. Например, хлеб я всегда называла «брот», молоко – «млеко». Потом постепенно это забылось. «Родная кровь»

Разговоры о том, что я – не родная дочь, я слышала еще в детстве от знакомых и соседей, но я не понимала этого тогда. А когда я заканчивала школу в 1958 году, из Москвы приехали снимать фильм «Необыкновенные встречи». Режиссеры очень хотели, чтобы состоялся такой разговор: будто мама мне признается, что я – не родная дочь. Снимали в яблоневом саду. Мама так переживала! Я все поняла, и только она начала говорить, я отодвинула микрофон, бросилась ей на шею и сказала: «Мама, не надо, я все знаю». И мы на эту тему никогда не говорили. Никогда.

Во время съемок нам говорили, что, может, кто-то из моих родных откликнется. Мама очень волновалась, поэтому я при ней этот вопрос никогда не поднимала. Я уже говорила, что понятие «родной крови» я не очень понимаю.

И знаете, мне повезло с родителями. У меня были такие родители, которым я благодарен не только за то, что они вернули меня к жизни, дали образование, но и научили правильно относиться к людям – с добром. Жизнь после «фабрики смерти»

До 1988 года, пока бывшие заключенные не собрались в Киеве, об этом вообще не принято было говорить – ни в школе, ни в университете, ни в институте, где я потом работала. Но я и сама об этом не рассказывала.

Несмотря на то, что номер мне вывели довольно рано, я не могу сказать, что чувствовала какое-то давление. Я была очень маленькой и называть меня «врагом народа» или «предательницей» было бы бессмысленно.

А вот тем, которые были взрослее, приходилось туго, потому что их не принимали в высшие учебные заведения. Им не давали возможностей, скажем, продвигаться на работе. Они были людьми «второго сорта». И должны были доказать, что не предатели... Поэтому среди наших пленников было не очень много людей с высшим образованием и, тем более, не так много тех, кто достиг каких-то успехов.

Я же закончила Киевский университет, затем аспирантуру, кандидат биологических наук. Всю жизнь я проработала в Институте биологии и вирусологии Академии наук. У меня очень интересная профессия – микробиолог-генетик. Всю жизнь занималась нашими «друзьями»-микробами. Моя дочь – главное мое достижение в жизни. Оля – тоже микробиолог, она работает в университете. «Я – счастливый человек»

Посещение «Аушвица» – для меня это встряска для души, который затем оборачивается болью в сердце.

Когда я приехала на 60-летие освобождения лагеря и мы собрались все вместе, вдруг заревела сирена лагеря. Как она ревела в заключении, я не помнила, но тогда я вся покрылась муравьями и думала, что потеряю сознание. Некоторые женщины, которые стояли рядом со мной, теряли сознание.

Это место залито кровью. И когда ты идешь лагерем, то впечатление, что идешь по живым. Это ощущение даже не передать. Это страшно.

Молодым ребятам, которые нас сейчас защищают, и всем я всегда говорю, что погибшим – память, а живым надо оказывать всю помощь, какую только возможно. И поддерживать их. Нельзя жить по принципу «моя хата с краю».



Меня всегда удивляло, когда люди заранее, ничего не зная, недоброжелательно относятся к другим. Я этого не понимаю. Потому что только благодаря доброте мы в концлагере и выжил. Доброте старших детей, которые нас поддерживали. Женщин, которые, несмотря ни на что, приходили и оставляли нам кусочек хлеба, поддерживали. Тех врачей, которые приняли тело умирающего ребенка, вложили всю душу и подняли. Душевной доброте моих родителей и друзей.

Я считаю, что я – счастливый человек, я должна была погибнуть в войну, я осталась жива. Я должна была остаться без семьи, без родины, без ничего. Украина стала мне родиной, украинская семья дала мне этот теплый дом, воспитание. Мне как-то везло, всегда у меня были хорошие люди. Я по жизни счастливый человек!